Безумные поиски справедливого налога

Опубликовано: 23 мая 2018

1. Что такое налог?

Налогом, как известно, называется часть зарплаты (или прибыли, или дохода), принудительно изымаемая одними людьми у других. Чтобы случайно не перепутать сбор налога с рэкетом, надо иметь в виду, что между этими весьма схожими процессами имеются две большие разницы. Во-первых, группа людей, причастных к сбору налогов, гораздо более многочисленна, организована и вооружена, чем любая банда рэкетиров, а во-вторых, представители этой группы периодически заявляют о том, что средства, отнимаемые в виде налогов, тратятся не на чьё-то халявное обогащение, а на самые благородные дела, которые, мол, столь благородны, что деньги на них можно добыть у народа лишь при помощи мощной вооружённой физической силы.

2. Совместим ли налог с рынком?

Вероятно, многим этот вопрос покажется, мягко говоря, странным. Но, по-моему, странно другое, например — то, что великое множество экономистов (или людей, считающих себя таковыми) убеждены в том, будто налог — составная и даже неотъемлемая часть рынка, то есть рыночной экономики. По-моему, совсем не обязательно быть экономистом, чтобы понимать, что основное отличие рынка от административно-командной системы состоит в том, что рынок подразумевает безусловное право людей самим решать, какие экономические сделки совершать, а от каких воздержаться. Но от выплаты налога, отбираемого государством вроде бы в качестве платы за некие услуги (например, за охрану от преступников или за медицинское страхование), просто так воздержаться нельзя, даже если эти «услуги» явно не соответствуют величине налога. Таким образом, рынок и налог хотя и проявляются рядом друг с другом, но их сущности — взаимно противоположны. Там, где в данный момент изымают налог (или, если угодно, грабят), никаким рынком, разумеется, и не пахнет.

3. Совместим ли налог с правом и с нравственностью?

Насчёт права надо сперва решить, что следует подразумевать под этим словом. Если называть «правом» принятый кем-то по каким-то процедурам абсолютно любой текст, предписывающий или запрещающий людям что-либо делать, то тогда с таким «правом», в принципе, может быть совместимо вообще всё, что угодно. А если под словом «право» подразумевать его изначальный естественный смысл, выражаемый юридическим термином «естественное право» и существующий независимо от написания тех или иных законов (в общих чертах этот смысл заключается в самоценности человеческой свободы и в неприятии любого насилия, кроме ответного), то в рамках такого права нет существенной разницы, отнимают ли у кого-то заработанные им деньги десять рэкетиров или миллион человек, называющих себя государством.

А что касается нравственности, то смысл этого понятия может в ещё большей степени зависеть от личного вкуса каждого. Кто-то считает безнравственным любой грабёж, а кому-то, например, кажется высоконравственным отнимать у людей деньги, чтобы строить на них очередной исполинский храм или содержать особо «изысканные» (но не особо посещаемые) театры и музеи. А если после налоговых изъятий на все эти богоугодные дела у кого-то не останется денег, например, на жизненно необходимое зарубежное лечение своего ребёнка (таких случаев — тысячи и тысячи), то ему, вероятно, поборниками такой «высоконравственности» будет предложено сходить в построенный на его деньги храм, поставить там свечку, а затем развеяться «культурной программой» с посещением субсидируемых его деньгами театров и музеев…

4. Разновидности налога

По приблизительным подсчётам, число таких разновидностей в России давно исчисляется сотнями. Уже мало кого удивляет и то, что суммарная величина всех налогов нередко превышает 100%. Правда, такое уже было — в разгар сталинщины, когда с колхозника, имевшего, например, корову, требовали столько молока или масла, что надо было отдать всё, затем прикупить ещё на рынке и тоже отдать. Нынче, конечно, не те времена: лагерей поменьше, да и к строительству коммунизма власти вроде бы никого не призывают. Однако, единственная форма коммунизма, которую можно представить в реальности, заключается именно в 100-процентном налоге, то есть в полном принудительном «обобществлении» всего заработанного.

Среди нынешних разновидностей налога есть и такие, которые носят откровенно уголовный характер даже с точки зрения официального законодательства. К таким разновидностям относятся, например, немыслимо астрономические денежные «сборы» за возможность проживания в том или ином городе — то есть за «прописку», отменённую, как известно, ещё в 1993 году. Но есть и такие разновидности налога, которые, по-моему, можно считать либо спорными, либо даже отчасти оправданными, так как налогами их можно назвать лишь условно, а по сути они близки к тому, чтобы именоваться компенсацией конкретного причинённого ущерба.
К таким налогам относятся, например, те, которые платят лесозаготовительные или горнодобывающие предприятия, наносящие серьёзный ущерб природе и местному населению. Сюда же можно отнести и налоги, выплачиваемые государственными предприятиями (даже если они переименованы в «АО» или в «ТОО») на содержание своих пенсионеров, создавших их в своё время под принуждением государства — как косвенным, так и прямым. Правда, возникает вопрос о том, через какие структуры выплачивать эти налоги, чтобы они не «оседали» в них, а доходили по назначению.

5. Альтернатива налогу

Такой альтернативой, по-моему, может служить только рынок (в самом широком смысле слова), дополненный благотворительностью. Даже такая структура, как милиция (или полиция) вполне могла бы финансироваться добровольными отчислениями людей, если она реально предоставляет им стоящую этих отчислений услугу — охрану от уголовников (конечно, нашлись бы люди, отказавшиеся платить и обращаться в случае чего за милицейской помощью, но это — их личное дело). Медицинское и пенсионное страхование, строительство дорог и тому подобное — всё это тоже вполне может финансироваться по чисто рыночным механизмам, что подтверждается опытом многих западных стран. Но есть, конечно, и такие вещи, которые вряд ли могли бы финансироваться на основе рынка или благотворительности. К этим вещам относятся и многочисленные «проекты века» вроде поворота вспять северных рек, и огромный бюрократический аппарат, приносящий людям неизмеримо больше вреда, чем пользы, и бессмысленные чудовищные войны, переходящие в геноцид, и планирующееся строительство «инженерных сооружений» (так на «новоязе» называют ряды колючей проволоки) вдоль границ со странами бывшего СССР, и многие другие порождения дьявольско-чиновничьей мысли.

В завершение этой статьи хочу заранее ответить на обвинение меня в анархизме. Такое обвинение — отчасти верно, но «полноценным» анархистом я едва ли могу считаться, так как признаю необходимость структур (например, суда и полиции), предназначенных для противодействия уголовной преступности (то есть насильственным действиям и присвоению чужого имущества). Называть ли эти структуры государственными или какими-то ещё — по-моему, не очень важно. Главное — чтобы они были подконтрольны обществу и, разумеется, чтобы они не занимались теми делами, с которыми должны бороться. К таким делам относится и грабёж, государственной разновидности которого и посвящена эта статья.

Читайте также: Новости Новороссии.